На тему введения виз для стран Средней Азии идет много споров. Хотя спорить не о чем

Автор: Александр Куниловский #Куниловский #КандидатыКНС #ВизамДаРазрешить свободный въезд в Россию из недоразвитых, отсталых стран могут только люди, которые не умеют и не хотят решать настоящие проблемы, стоящие перед страной. Возможно, что они плохо представляют себе как живут люди в русской глубинке.
Наши власти приглашают условных «таджиков» и не особенно хотят видеть у нас в стране квалифицированных специалистов — граждан ЕС или США. По крайней мере, условия для въезда в Россию у них существено строже. А ведь ничего общего с традиционной исламской культурой Таджикистана, Узбекистана, Киргизии у нас нет, а с Европой, напротив, нас объединяют тесные культурные и экономические связи. В наших университетах изучают не узбекский, а немецкий и французский языки. Россия это часть Европы. Была и будет.

А теперь поговорим на языке цифр и разберем основные «аргументы» сторонников миграции.

«Кто будет работать дворником?» Я приведу простой пример. В моем доме было ТСЖ и наш двор убирал пенсионер, бывший врач — хирург и получал за это 8-9 тыс. рублей в месяц. Как только в наш дом пришла управляющая компания размер сборов на уборку придомовой территории увеличился в 1,5 раза, а работать стал таджик с зарплатой 4-5 тыс. рублей. Разница ушла фирме — посреднику.

Если учесть реальные деньги, которые мы платим за услуги по уборке двора, и возможность дворника обслуживать три — четыре дома (это реально), то его доход может быть сравним (35-45 тыс. руб.) с доходом специалиста с высшим образованием. Если государство озаботится наличием социального жилья и разработает программу адаптации русского сельского населения, то проблем с дешевой рабочей силой мы иметь не будем и заодно вытащим из алкогольной пропасти сотни тысяч / миллионы наших граждан живущих в деревнях.Теперь обсудим строительство. Якобы «труд мигрантов на стройках используется для снижения стоимости жилья». Кто-то слышал о снижении цен на жилье? Я — нет. Зато я много слышу об одной простой схеме: застройщик дает взятку чиновнику, распределяющему участки под застройку, а потом чиновникам из комиссии принимающей дом. В итоге дом построил, частью прибыли поделился, львиную долю положил себе в карман. Прибыль, полученную в том числе, за счет эксплуатации и неоцифиального трудоустройства мигрантов. Цену квартиры, в любом случае, определяет рынок, соответственно, в интересах застройщика увеличивать свою маржу любыми способами.
Потом чиновники делают многозначительные лица и с серьезным видом заявляют о необходимости скорейшего решения социальных проблем в новых районах. Это значит, что школы, детские сады, парки, спортивные школы, дороги они построят за счет всех нас. По некоторым подсчетам лишь 20% вложений приходится на стоимость жилого дома, остальные 80% необходимо вложить для создания необходимой инфраструктуры. Благодаря коррумпированным чиновникам тяжкое бремя виде 80% затрат на себя берет бюджет. Итак, мигранты — это отличный способ для застройщиков зарабатывать больше, не заботясь о внедрении новых технологий, увеличении производительности труда.

Согласен, что проблема трудовых мигрантов возникла стихийно. В 90-е годы никто об этом не думал, было не до того. Однако сейчас проблема ясна, и наши чиновники вместо того, чтобы создавать системы профессионального образования, вовлекать население российской глубинки, депрессивных регионов, создавать условия для повышения мобильности российского населения, внутренней миграции, не предпринимают ничего.

Между тем в России только по официальным данным — 4 млн. безработных, а если учтем неучтенных и частично занятых — ближе к 5-6 млн. Численность чиновников всех уровней — 5 млн., численность людей в погонах — 3,5 млн. сокращать в мягком варианте нужно треть из них. Доля занятых в сельском хозяйстве 7 млн., при этом производительность труда там в 8-9 раз ниже чем в развитых странах, это означает, что высвободить и переселить в города можно 4-5 млн. человек. Далее, в России много городов, расположеных в приполярной зоне, ошибочно созданных при Советском Союзе. Население этих городов необходимо рассматривать как потенциально мобильное и создавать им благоприятные для переезда условия. Итак, мы видим, что наша экономика имеет серьезные запасы (более 10 млн.) человеческих ресурсов, состоящих их нашего коренного населения. Отличная возможность повысить качество жизни наших собственных граждан.

Одной из главных проблем России является низкая производительность труда. В обрабатывающей промышленности этот показатель составляет примерно 40% от аналогичного показателя Бразилии и лишь треть от уровня ЮАР. В Польше производительность труда вдвое выше. В Германии добавленная стоимость в расчете на одного работника обрабатывающей промышленности в 10 раз выше, чем в России, которая по этому показателю находится примерно на уровне Китая. При этом понятно, что если в России за счет мигрантов будет существовать неограниченное предложение бесправной и дешевой рабочей силы, стимулов обновлять средства производства у предпринимателей не будет, а значит о повышении производительности труда в некоторых отраслях можно забыть.

Давайте взглянем, как обстоит дело в развитых странах: в Великобритании работодатели выдают разрешение на работу ежегодно более чем 100 тыс. мигрантам, прежде всего специалистам – компьютерщикам (20%), медицинским работникам (23%). В США разрешения получают 140 тыс. мигрантов, большинство из них высококвалифицированные специалисты в области технических наук, либо врачи, программисты, переводчики и т.д. Законодательства всех принимающих стран устанавливают жесткие требования к уровню образования и стажу работы по специальности. Что мешает нам привлекать предпринимателей и высококвалифицированных специалистов из развитых стран, упрощая им въезд и выдачу разрешений на работу?

По данным различных исследований, средний заработок мигранта из Средней Азии — 30 тыс. рублей в месяц. Если принять в расчет число только официально находящихся (по данным ФМС) в России трудовых мигрантов (10 млн.) то получится, что ежегодно мигранты в России зарабатывают 3,6 трлн рублей. Таким образом даже по самым скромным подсчетам совокупные потери бюджета и пенсионного фонда Росийской федерации составляют 1,6 трлн. рублей.
Предположим, что 30% своих заработков мигранты тратят на собственное потребление — 1,20 трлн. рублей, а 2,4 трлн. рублей или 37,5 млрд. долларов по курсу 64 руб. мигранты вывозят из России ежегодно. Напомню, что речь сейчас только об официальных цифрах.
По словам Дмитрия Медведева для индексации пенсий в 2017 году потребуется 270 млрд. рублей. Если учесть только прямые потери нашего Пенсионного фонда в 792 трлн. руб. (22% от 3,6 трлн.), то получится денег, которые не заплатят мигранты в течение одного года, хватило бы на почти 3-х кратную индексацию пенсий.

Я не стану здесь касаться преступлений, совершаемых мигрантами, давления на рынок труда и стоимость поддержания инфраструктуры, которую они используют, это отдельная большая тема, которую я вынужден оставить за рамками этой заметки.

В качестве вывода.

Во-первых, на мой взгляд, в долгосрочной перспективе нашей стране выгодно стимулировать урбанизацию и повышение мобильности низкоквалифицированных трудовых ресурсов внутри страны. Поэтому введение виз для граждан стран Средней Азии это первоочередная мера. Должны быть введены квоты на прием только квалифицированных специалистов из этих стран.
Во-вторых, параллельно с введением виз для Средней Азии необходимо принять меры, чтобы облегчить внутреннюю трудовую миграцию, увеличить мобильность населения (подъемные, субсидии на найм жилья, льготные ипотечные кредиты, программы строительства социального жилья)

В-третьих, необходимо в одностороннем порядке ввести безвизовый режим, режим равных трудовых прав для граждан стран с высокой производительностью труда (ЕС, США, Япония, Южная Корея). Иностранные компании должны иметь право участия в системе государственных закупок.

В четвертых, необходимо еще раз взвесить «за» и «против» участия России в ЕАЭС с Кыргызстаном, Казахстаном, Арменией и выйти из этого союза. Нам необходимо перенимать лучшие практики, стремиться к конкуренции с успешными европейскими странами, а не открывать свой рынок для производителей из стран с более низкой производственной и управленческой культурой.